Ан-Навави нашего времени

Жизнь. Для чего она нужна и как её прожить? Эти вопросы всегда интересовали умы великих людей. Во все времена философы, писатели, учёные выражали своё мнение и пытались раскрыть смысл жизни и найти истинное счастье. Ясно одно, что многие из нас хотят не просто прожить и уйти, независимо от взглядов интересов и предпочтений, каждый хочет оставить свой след... память... маленькое наследие.

И как не парадоксально, насыщенная, сытая, громкая жизнь одних, безжалостно стёрта из памяти, а скромная, неприметная жизнь какого-то маленького почти незаметного человека становится яркой вспышкой на многие годы. Такой яркой звездой можно назвать человека, которого сегодня называют тем, кто преподал урок мужества всем нам, противодействовал экстремизму. Человека, которого сравнивают с великими богословами прошлого, и о котором с трепетом отзываются лучшие представители мусульманской общины.

 Достопочтимый шейх Саид-Афанди (да будет свята его душа) отмечал: «Того, что нет в сердце, устами я не говорю, скажу прямо, Курамухаммад – это человек, которого я стесняюсь. Человек не всегда бывает востребованным, не всегда находишь человека в нужный момент, но если спросить, нашёлся ли Курамухаммад в нужный момент, то клянусь Аллахом, нашёлся, этот герой, ещё как нашелся».

В 1956 году в высокогорном селении Зехида Цунтинского района в семье родился мальчик. Смотря на младенца, который своим любознательным взглядом осматривал окружавший его огромный новый мир, будто пытался найти свой путь и никто не мог предположить, что его ждёт, как сложится его судьба.

Через несколько дней отец взял на руки сына и по всем канонам Ислама дал ему имя Курамухаммад. Шло время, мальчик рос, вскоре пошёл в школу. Маленький Курамухаммад учился на отлично, он был любознательным мальчиком. Наряду со школой, отец учил его чтению Корана и основам Ислама. Однажды, услышав разговор родителей о дальнейшем его образовании, 12-летний мальчик решает, кем он хочет стать в этой жизни.

Как-то отец Курамухаммада сказал матери, что хочет отправить его на учёбу, услышав это, Курамухаммад сказал отцу: «Что ты скажешь в Судный день Аллаху и какой у тебя договор с Ним?».

Убедив отца отдать его на обучение исламским наукам, вскоре он переходит в соседний с Цунтинским Закатальский район Азербайджанской ССР. Здесь отец Курамухаммада устроил его у своего кунака алима Хафиза-хаджи, где он после посещения средней школы продолжал обучение исламским наукам. Хафиз-хаджи рассказывал интересный случай, который произошёл у него дома во время учёбы Курамухаммада. «Однажды ночью я сидел и читал Коран, переводил один из аятов, жена с дочерьми спали в соседней комнате. Вдруг послышался шум на веранде, я подумал, что это кошка и вышел посмотреть. Мой сын и Курамухаммад спали в другой комнате, я заглянул к ним, сын, хорошо укрывшись, спал, а Курамухаммад, затаившись слушал моё чтение. Услышав, что я иду, он лёг, постеснявшись меня. Оказалось он подслушивал, из-за сильной любви к Корану, тогда я понял, что этот мальчик станет большим учёным».

С малых лет обучение давалось ему легко, у Курамухаммада не было проблем ни в школе, ни в изучении исламских наук. Окончив среднюю школу с отличными оценками, перед Курамухаммадом открывались большие возможности. Имея на руках золотую медаль, в Советском Союзе вполне было возможно реализовать себя. Перед Курамухаммадом открылись хорошие перспективы, возможность поступить в любой ВУЗ. Люди с высшим образованием были в почёте, имели хорошую работу и, соответственно, хорошую зарплату. А учёные и партийные работники были элитой общества. Но Курамухаммад всегда хотел большего, его всегда интересовали самые важные и глубокие науки. Науки, которыми можно было бы принести наивысшую пользу всем. В советский период религия была официально разрешена. Но у власти был свой взгляд на неё.

Советская пропаганда представляла религию пережитком страшного дореволюционного прошлого, подвергавшаяся презрению и осмеянию, а сами религиозные деятели – гонениям. На территории ДАССР не было ни одного медресе. Лишь около двух десятков мечетей, да и те посещали одни старики. А для подрастающего поколения на государственном уровне предлагалась только одна религия – атеистический коммунизм.

А у молодого Курамухаммада было совсем иное представление о религии, и он уже знал, чего хочет от жизни. В 1975 году узнав, что в Буйнакске функционирует мечеть, и что её посещают богословы, которые тайком обучают людей, он отправляется туда.

Но молодого человека здесь никто не ждал. В Буйнакске у Курамухаммада не было ни родственников, ни знакомых. Лишь маленькая комнатка на втором этаже мечети приютила его. Поднявшись на второй этаж, справа находилась дверь в его комнату, где была печка, в виде кольца вырезанная из трубы со спиралью, и старый чайник. Не было даже ложек и вилок, только чашка и блюдце. Все деньги, которые у него были, он отдавал за хлеб, так питаясь только хлебом и чаем, он начал учиться.

По рассказам его родственников первое время, зимой, он ходил в резиновых галошах.

Но помимо бытовых неурядиц и поиска людей, которые могли бы обучать его наукам, была и ещё одна проблема.

Имамом мечети был человек по имени Татан-кади, периодически его вызывали в КГБ и расспрашивали о мутаалимах, в числе которых был и Курамухаммад, а он, в свою очередь, отрицал всё, говоря, что это дети или внуки, которые посещают его. Но все эти проблемы для него будто не существовали, словно одержимый он только утоляет свою жажду познания. Прихожане мечети и соседи были очень удивлены и рады такому парню. Ведь такую сознательность и стремление к наукам невозможно было увидеть даже среди взрослых людей. Всё, что он изучал, для него не было просто сухой теорией, а была практикой, которую он ежедневно настойчиво и аккуратно воплощал в своей жизни, и которая совершенствовала его нрав. Высокая нравственность, отрешённость от мирских благ и прекрасные умственные способности позволили ему вскоре овладеть хорошим багажом знаний. И это дало возможность молодому Курамухаммаду самому начать давать знания другим. Вскоре с семьёй он подыскал себе дом в селении Нижнее Казанище. Выбор был не случайным, это селение было одним из духовных центров Дагестана, куда стекались паломники со всей республики, на зияраты великих шейхов, похороненных здесь.

Курамухаммад тайно занимался изучением исламских наук и наряду с этим он работал в консервном заводе охранником. В Казанище Курамухаммад с семьёй жили в доме, где были четыре комнаты и коридор, три из них он отдал мутаалимам. В эти годы советской власти Курамухаммад видел вокруг себя катастрофический духовный упадок в обществе, некогда одна из самых религиозных республик Северного Кавказа, где Ислам играл первостепенную роль во всех сферах жизни горцев, за несколько десятков лет превратилась в республику полуатеистов, с религией на уровне традиции и обычаев. И лишь несколько десятков человек, в разных уголках республики, могли на свой страх и риск обучать людей исламской науке на высоком уровне. Такая обстановка и стимулировала его максимально отдавать себя распространению Ислама. Курамухаммада от исламских наук отвлекала лишь работа сторожа, на которую он устроился, чтобы прокормить семью. Всё остальное время он учился сам и обучал других.

До открытия медресе в Буйнакске он преподавал Магди-хажи Абидову и Мухаммадрасулу – имаму Джума мечети, т. к. они были близкими людьми устазов, он сам приезжал в Буйнакск, не заставляя их ехать в Казанище. Несмотря на снег или дождь, не имея машины, он ни разу не срывал занятия. Однажды, когда в городе был гололёд и остановилось движение, он пошёл пешком с мокрыми ногами, покрытыми коркой льда, провёл урок и вернулся обратно в Казанище. Сын Кураму-хаммада-хаджи, вспоминая отца, рассказывал, что порой отец даже во время еды не отрывался от книг.

Это был период, когда в государстве зрели реформаторские настроения. Общество бурлило. С приходом Горбачёва происходят кардинальные перемены, в том числе и во внутренней политике, власть меняет взгляды на религию. В начале 90-х свобода вероисповедания переходит из формальной в реальную. Люди строят мечети и медресе. В начале 90-х Духовное управление только формируется. Свобода религии дала возможность верующим людям объединится, сюда приходят те, кто хочет донести до других Ислам.

И в 1993 году молодому, но уже состоявшемуся учёному, муфтий Дагестана Али-хаджи из Кулецма (да будет свята его душа) предлагает работу – заведующего каноническим отделом во вновь образованном Духовном управлении мусульман Дагестана. Курамухаммад с друзьями объезжает всю республику. С той же страстью, что была у него, когда приобретал знания, теперь он распространяет их. Казалось бы, всё – конец трудностям, теперь можно уже открыто просвещать людей. Но новые реалии жизни несли и свои сюрпризы. В пошатнувшемся государстве, почувствовав уверенность, разные авантюристы начинают будоражить общество. Вслед за отделившимися союзными республиками на Кавказе, звучат призывы к национальной независимости, впоследствии дополненные псевдорелигиозными идеями. В 1994 году в соседней Чечне начинаются военные действия, а в Дагестане идёт активная работа по нелегальной вербовке молодежи в ряды боевиков. Формируются так называемые пятые колонны в различных сёлах республики. С каждым днём над Дагестаном растёт нависшая угроза гражданской войны. Получив долгожданную свободу, народ питает огромный интерес к религии, но полное отсутствие, иногда даже элементарных знаний у простых мусульман, играет на руку ваххабитам. И именно сейчас как никогда требовались люди с обширными и глубокими знаниями, умеющие аргументировано разъяснять основы религии, раскрыть людям глаза на ложь.

Курамухаммад стал не только одним из первых, кто понял лживость новой идеологии, но и стал в первых рядах противоборства. Его главным оружием становится слово. Именно этот его смелый шаг сыграет немаловажную роль в дальнейшей истории Дагестана. В последующем Курамухамада-хаджи будут называть человеком, благодаря которому в Дагестане узнали, что такое ваххабизм.

Такая работа Курамухаммада скорее была похожа на спасательную операцию. В воздухе витает напряжённость, и практически во всех своих встречах с людьми ему приходится затрагивать вопросы, касающиеся ваххабизма. Эта тема с каждым днём становится более обсуждаемой. И это было неспроста, идеологи пустили вход всё: искажение святых писаний, подкуп, даже террор и убийства людей. Курамухаммад понимает это, но вместо денег и обмана у него были глубокие знания, искренность деяний и чистые помыслы, чем он и притягивал к себе людей. Иногда встречи проходили без подготовки, днём или ночью, в коллективах разных учреждений, в мечетях и даже на частных квартирах.

Почти всегда он сталкивается с отсутствием понимания реальной опасности этого течения, зачастую Курамухаммада даже осуждают за упорное противостояние ваххабизму, мол, нет другой темы в Исламе, кроме этой.

Курамухаммад хочет достучаться не только до сердец простого народа, он пытается говорить и с самими идеологами, разобрать спорные вопросы не с оружием в руках, а в научном диспуте. Но слепой радикализм просто не признаёт другое мнение. И видя наступающий экстремизм с одной стороны, и неосознание народом реальной опасности с другой, Курамухаммаду приходится иногда почти криком отчаяния, призывать наиболее религиозно-просвещённую часть общества сплотится и оказывать содействие друг другу, пока не поздно.

Последующее драматическое развитие событий показало оправданность такой настороженности Курамухаммада. В 1999 году на территорию Дагестана вторглись боевики. Но вместо ожидаемой поддержки, они встретили яростное противодействие мусульман Дагестана, которое отчасти было и результатом своевременной и упорной работы Курамухаммада и других богословов.

Теперь уже наглядно проявил себя ужас того, что было скрыто за ширмой, так называемой ими священной войны. И в это тяжёлое время люди увидели в Курамухаммаде истинного богослова, который своим мужеством и учёностью встал против опасного врага, отстаивая чистоту Ислама. Прошло всего несколько лет, а за его плечами были уже тысячи обученных учеников, сотни встреч, тысячи проповедей, десятки книг и множество статей.

Курамухаммад получил известность не только в республике, но и по всей России. Другие богословы ссылаются на него и цитируют в своих проповедях. Присущая ему скромность, искренность и доброта снискали заслуженную любовь и уважение народа. Его простота во всем: в одежде, в речи, в поведении – располагала к нему людей. Самое удивительное то, что каждую минуту он был занят поминанием Аллаха, или преподаванием, или чем-то другим. Будучи очень увлечённым исламскими науками, Курамухаммаду удалось освободиться от суеты и порочности современного мира. Такой Курамухаммад-хаджи скорее напоминал кого-нибудь из числа праведных предков, нежели человека из нашей современности.

За 14 лет работы в каноническом отделе Духовного управления мусульман Дагестана он проделал колоссальную работу, оставаясь незаменимым для муфтиев Али-хаджи афанди (да будет свята его душа), Сайидмухаммад-хаджи, и Ахмад-хаджи Афанди (да будет свята его душа). Не смотря на уровень проводимых религиозных мероприятий, республиканского или местного масштаба, Курамухаммад всегда был там, и у него всегда была готова проповедь. Весь его день был расписан поминутно, он успевал преподавать в Дагестанском исламском университете, работать в каноническом отделе, и после этого проводить занятия в женском медресе. И всё это параллельно с работой имама мечети.

Именно такой активный ритм жизни и приносил ему удовлетворение. Донося до людей Ислам в течение всей своей жизни, осознано испытывая трудности и лишения, он стремился в наивысшей степени быть полезным людям. Говоря о необходимости духовного просвещения, в одной из проповедей Курамухаммад сказал, что он готов принять смерть, борясь с лжеидеологией, чем жить с болью в сердце, наблюдая за хаосом, творящемся в обществе.

Эти слова оказались пророческими... 26 июля 2007 года после ночного намаза, Курамухаммад вместе с братом и со своим учеником едет домой. Когда машина подъехала к дому, раздался взрыв. В живых остался только ученик Курамухаммада.

 Ученик Курамухаммада-хаджи, находившийся с ним вспоминал, что в тот вечер он сел в машину, и как только выехали домой он начал как-то необычно читать Коран, и, не доезжая до дома, где находится маленькая мечеть, он закончил читать суру «Ясин».

Так, придерживаясь пути Ислама до последней минуты жизни, покинул мир Курамухаммад-хаджи – ан-Навави нашего времени. Да одарит нас Аллах его благодатью и заступничеством в День Суда.

28 декабря 2010 года по указу президента РФ Дмитрия Анатольевича Медведева за мужество и отвагу, проявленные при исполнении гражданского долга, орденами Мужества посмертно были награждены имам мечети села Губден Карабудахкентского района Дагестана Нурмагомед Гаджимурадов, заместитель муфтия Дагестана Ахмед Тагаев и Курамагомед Рамазанов. В новейшей истории России это первое награждение людей, которые отстаивают безопасность родины не долгом службы, а долгом веры.

Хаджимурад Магаев