Таймасхан-кади Чиркеевский

21 Ноябрь 2017 122

Таймасхан-кади родился приблизительно в 1780 (1785) году в ауле Чиркей Салатавского вольного общества в семье потомственного кадия Чиркея Мухамада Али (Хромого).

Тухум Таймасханакади (тухум Кудияв Дибира) переселился в Чиркей из Зубутля (ныне село в Кизилюртовском районе Дагестана) и был одним из первых семейств, переселившихся в Чиркей. Из этого рода вышло множество учёных и военных предводителей.

К примеру, его прадед Мухаммад-кади упоминается известным дагестанским летописцем начала 20 века Назиром Доргели в книге «Услада умов в биографиях дагестанских учёных» («Нузхат аль-зхан») в числе выдающихся учёных Дагестана. Дед Таймасхана Хафиз Исахаджи был известен не только как учёный, но и как храбрый предводитель.

В одном из сражений с царскими войсками в период восстания шейха Мансура он был тяжело ранен и попал в плен, где за дерзкое обращение к русскому генералу был подвергнут зверской казни: его разорвали на части, привязав к коням.

Таймасхан-кади описал его так:

Бичасул рукъалде сафар гьабурав,

Аварагасул хоб жинда бихьарав,

Аллагьасе гIоло гьижра гьабурав,

Кафурзабаца хъун гIорода варав,

Дир кIудияв эмен ГIиса-ХIажияв.

 

Совершивший путь к Дому Аллаха,

Узревший могилу Пророка,

Совершивший хиджру ради Аллаха,

Зверски убитый неверными

Мой дед Исахаджи.

 

Также известными храбрецами были дядя Таймасхана Хажиявкади, который был другом имама Газимухаммада, одним из первых поддержал его призыв к газавату и погиб при штурме Тарков, и его брат Хосенхаджи, который с первых дней газавата принимал в нём участие и погиб при обороне Дарго, его сыновья Абдулхалим, Абдурахман и Мухаммадали.

Таймасхан-кади учился у своего отца, а затем у множества известных дагестанских учёных. Уже в молодости он стал известен своей богобоязненностью и беспристрастностью.

Он был другом первого имама Газимагомеда, и поэтому одно из первых обращений с призывом принять участие в газавате было адресовано именно ему и джамаату его села.

В Чиркее у Таймасхана-кади учился и будущий третий имам Дагестана Шамиль. В библиотеке имама Шамиля хранилась книга по арабской грамматике «Катр ан-нада», переписанная им собственноручно в мечети Чиркея.

В Чиркее Шамиль изучал в основном грамматику и стилистику арабского языка, к которым Таймасхан-кади имел большую склонность. Кроме того, известно, что Шамиль изучил под его руководством «Шарх аль-иджаз» по шафиитскому фикху.

После смерти отца Таймасхана кадием Чиркея стал его дядя Хаджияв-кади. С началом призыва Газимухаммада и Хаджияв, и Таймасхан стали активно помогать ему. Чиркей стал вторым после Гимров аулом, в котором был установлен шариат, для чего Газимухаммад провёл в Чиркее целый месяц.

Чиркейцы, как и остальные салатавцы, под руководством кадия Хаджиява, Таймасхана, Аликадирил Хусейна и других алимов участвовали почти во всех походах и сражениях того периода. В одном из этих походов во время штурма Тарков кадий Хаджияв погиб, и на его место пришёл его племянник Таймасхан, которого с этого периода стали называть Таймасхан-кади или же Таймасхан-дибир.

В период Гамзатбека Таймасхан-кади приложил много усилий, чтобы переманить аварских ханов на сторону имама и бескровно решить вопрос взаимоотношений с ними.

С началом периода Шамиля Таймасхан полностью сосредоточился на призыве чиркейцев и остальных салатавцев к шариату и добился в этом деле большого успеха. Чиркейцы на общем сходе джамаата единогласно решили поддержать имама и в дальнейшем принимали активное участие в газавате.

Во время осады Ахульго Таймасхан-кади сделал многое, чтобы поддержать мюридов, находившихся там. Стоит отметить, что среди оборонявшихся на горе Ахульго был старший сын алима Абдулхалим и многие другие родственники.

Известный дагестанский учёный и историк времён Кавказской войны Мухаммад Тахир Аль-Карахи пишет, что основным источником продовольствия для Ахульго был именно Чиркей. Кроме того, джамаат села отправил отряд из ста добровольцев на помощь имаму. К сожалению, почти все они погибли, защищая гору.

Царское командование в дальнейшем не простило это чиркейцам. После завершения сражения на Ахульго в Чиркей был отправлен специальный карательный отряд с целью наказать его жителей, однако у них не вышло. Наперекор воле старейшин молодёжь села заманила отряд в аул и на узких улицах старого Чиркея разгромила его, перебив множество карателей.

Несмотря на юный возраст, сын Таймасхана Абдулхалим проявил себя на Ахульго очень храбрым и умелым воином. Он был одним из отчаянных добровольцев, которые ночью подобрались к переносному валу русских и разрушили его. В народной песне об этом героическом поступке сохранились такие слова:

«АхIулгохI бахъизеян къарал гьагьил сангарал

КъотIун гIуруй риччарав ГIабдулхIалим багьадур».

(перевод):

«Вал, построенный врагом для взятия Ахульго, разрубив, сбросил ты в реку, храбрец Абдулхалим».

Абдулхалим погиб во время штурма Гуниба, когда он, выполняя завет своего отца, защищал имама, как самое дорогое, что есть у него на свете.

Царские власти долго не забывали преданность чиркейцев имаму и несколько раз подвергли село пушечному обстрелу. С каждым разом им всё труднее было отстаивать свой аул, и в 1844 году на общем сходе они решили оставить родное село и переселиться вглубь имамата.

На месте большого аула осталось всего 20 семей, которые получили презрительное прозвище «чолони чагIи» то есть «люди, живущие в загоне русских».

Ещё до этих событий более 50 семей чиркейцев, в том числе семейство Таймасхана-кади и его брата Хосенхаджи, жили в Дарго (ныне село в Веденском районе Чечни). Со временем имам назначил его муфтием в селе Карата.

Зять имама Шамиля и летописец Абдурахман Казикумухский пишет: «В Карата муфтием был мухаджир из Чиркея, престарелый Таймасхан-дибир, который пользовался уважением Шамиля и его сына».

Брат Таймасхана-кади Хосенхаджи был муртазеком и храбрым воином, погиб в 1857 году при обороне Дарго. Также известным храбрецом был и его (Хосенхаджи) сын Сагитилав. Он погиб при защите Гергебиля и похоронен в Кикуни. Ранее он был награждён Шамилем орденом за храбрость.

Под Гергебилем погиб ещё один близкий родственник Таймасхана, известный учёный и храбрый воин Абу Бакр, который также упоминается Назиром Доргели в книге «Услада умов в биографиях дагестанских учёных». Мухаммад Тахир Аль-Карахи пишет: «В этой схватке пали смертью шахидов наш брат учёный Абу Бакр из Чиркея и наиб и учёный Хаджар из Гигатли».

У Таймасхана было несколько сыновей:

Абдулхалим – превосходный воин и богобоязненный, праведный человек. Участвовал в обороне Ахульго, погиб на Гунибе;

Абдурахман – алим, погиб молодым от раны, полученной во время похода в Кахетию;

Мухаммадхаджи – был известен как храбрый воин и превосходный наездник, погиб в молодые годы в одном из сражений на территории Чечни, был другом сына имама Газимухаммада;

Муса – умер юным во время обучения в медресе;

Абдулкарим – был письмоводителем имама, участвовал во многих сражениях Кавказской войны, принимал участие в обороне Гуниба, после завершения газавата был в числе тех, кто сопровождал имама в Калугу, а в дальнейшем провёл много времени в Стамбуле рядом с сыном имама Шамиля Газимухаммадом;

Мухаммадали – был крупным учёным, красноречивым оратором и храбрым, его познания, в особенности в области фикха, высоко ценились современниками, также их высоко оценил известный дагестанский исследователь арабских рукописей и издатель Анвар Шайхи. Непродолжительное время он был наибом Гумбета, затем отправился в Черкессию к Мухаммадамину Гонодинскому. После пленения Мухаммадамина был приглашён на должность кадия Костека, где и умер в 1861 году. В настоящее время его потомки живут в Чиркее, Гимрах и Костеке.

У Таймасхана-кади было также четыре дочери: Жавхарат, Зазай, Хадижат и Нанай.

Когда Шамиль поднимался в Гуниб, он отправил престарелого Таймасхана в Тлох, с имамом отправились его сыновья Абдулхалим и Абдулкарим, а также несколько родственников.

О беспристрастности Таймасхана-кади и его авторитете среди чиркейцев свидетельствует такой случай. Его двоюродный брат Даци был известен как очень сильный, ловкий и храбрый человек, но он поступил на службу в царскую армию и принёс единоверцам много горя.

В одной из военных экспедиций он погиб, после чего его тело принесли в родовой аул, но Таймасхан-кади не позволил похоронить его на сельском кладбище как врага имама, и потому могилу для него устроили на возвышенности, недалеко от кладбища.

Впоследствии сын Даци генерал Парзулав Чиркеевский, который был одним из богатейших людей Дагестана, предпринимал попытки перенести захоронение на территорию кладбища, однако даже после смерти Таймасхана никто так и не посмел отменить его решение, и противник имама не был перенесён на кладбище мусульман.

Когда много лет спустя одного из сыновей Даци спросили, что за человеком был Таймасхан-кади, тот сказал: «Таким, каким подобает быть настоящему человеку (ВукIине рекъарав чи вук1ана)». Даже сын его злейшего врага был вынужден признать авторитет Таймасхана.

Таймасхан-кади был большим знатоком арабской поэзии, сохранились некоторые его комментарии к арабским касыдам.

В общей сложности, по словам Таймасхана, за период войны он похоронил 25 мужчин из своей семьи, с учётом двоюродных братьев и племянников.

По обычаям чиркейцев после того, как погибал кто-либо из рода, его коня продавали, так как до взросления сына убитого конь обычно старится, а оружие и сбрую приносили к старшему в роду, у Таймасхана-кади хранилось более 30 таких «комплектов» оружия. После того как сын убитого становился совершеннолетним, он передавал ему оружие отца. На этот обычай указывают его слова в одном из «назму» на аварском языке:

ГIалимал васал хун гIелму хут Iана,

ГIолохъаби хухун ярагъ бахчана

Эз рекIарал чуял дармида лъуна

Огькъварилъула ракI, пашманлъула дун.

 

Бесдалал рихьула дир ракI бухIула,

Сверун гьел лъугьуна, сабру тIагIуна.

Пашманлъун эл рихьун магIо чвахула.

Огь, къварилъула ракI, пашманлъула дун.

Дир вацгIалзабазул кьучIго тIагIана,

Рокьарал, хириял дунял тун ана.

Ургъалий чи дагьлъун дунго хутIана

 

Умерли молодые алимы, и исчезло знание,

Погибли молодые, и пришлось спрятать оружие.

Их кони пришлось выставить на торги,

Грустно мне, печалится сердце.

 

Я вижу сирот, и сердце сжимается от жалости,

Они окружают меня, и я теряю терпение,

Я вижу их в печали, и у меня катятся слёзы.

Грустно мне, печалится сердце.

 

Мои двоюродные братья исчезли все.

Все, кого я любил, и кто был дорог мне, покинули этот мир,

И я остался один, так что мне даже не с кем разделить мою печаль.

 

Когда чиркейцы вернулись в Чиркей 1864 году, в его тухуме было только двое взрослых мужчин: он и Абдулкарим. Малолетние сыновья его погибших родственников собирались вокруг него в его дворе, и он обучал их. Видимо, это он и описывает в вышеприведённом «назме».

Он писал на аварском языке стихи, в основном религиозного и нравоучительного содержания. У него есть «назм», в котором он сетует на всё произошедшее, однако в конце назма он говорит, что не теряет терпение, а лишь иногда поддаётся чувству грусти по прошлому и по тем, кто ушёл:

Аварагзабиги ракьулъ ругелъул

Нуж ракьалда рукIин кIодолъун гуро

Дол асхIабзабиги хохон ругелъул

Нужхохон рукIинги захIматлъун гуро.

 

Киниги рокьарал ратIалъун индал

БукIунаро аб ракI зигардичIогун

Нижеда гурхIулев, мунагь чурулев

ГурхIа мун нижеда,чуре мунагьал.

 

Ведь и пророки лежат в земле,

Так что не тягостно мне, что и вы в земле.

Ведь и асхабы умерли,

Так что не тягостно мне, что и вы умерли.

 

Но всё же не может сердце не ныть по ушедшим близким.

О, Милостивый к нам, смывающий наши грехи,

Смилуйся над нами и смой наши грехи!

 

Таймасхан-кади прожил довольно долгую жизнь. Точная дата его смерти неизвестна, приблизительно она датируется 1875 годом. Он был похоронен в старом Чиркее. Теперь его могила недоступна, так как скрыта под многометровой толщей воды Чиркейского водохранилища.

Абдула Гасандибиров​

Самые интересные статьи «ИсламДага» читайте на нашем канале в Telegram.