Как главный визирь халифата готовил Багдад к «обороне»

Падение Багдада. Часть 2

Когда Хулагу до начала ближневосточного похода монголов стал опасаться стотысячного огромного войска, которое защищает Багдад, предатель Ибн Аль-‘Альками пошёл на хитрость. Визирь убедил халифа в необходимости выноса из Багдада казны и захоронения её в надёжном месте в связи с угрозой монгольского нашествия на Багдад. Ничего не подозревающий халиф дал своё согласие на эту авантюру, и визирь, взяв 15000 воинов, вышел с ними за пределы Багдада, после чего отправил их в отдалённую область халифата, приказав не возвращаться в Багдад. Вернувшись в Багдад, он просто уничтожил списки с именами солдат, как будто их вообще не существовало.

Подобное он проделал несколько раз; наконец, из ста тысяч воинов-защитников Багдада осталось только десять тысяч воинов – остальные были разогнаны, и в первую очередь воины-сунниты. Выполнив свой коварный план, Ибн Аль-‘Альками отправил письмо к Хулагу, в котором отчитался о проведённой работе, после чего Хулагу принял решение наступать на Багдад, и город оказался в плотном кольце блокады монгольских войск.

И этот визирь, который предал своего правителя и исламскую умму, опять явился во дворец, чтобы предложить халифу вступить в очередную авантюру. Он убедил Аль-Му’тасима в необходимости сесть с монголами за стол переговоров. Вместе с этим халиф прекрасно понимал, что переговоры между очень сильным и очень слабым противником подразумевают вовсе не мирный договор, а являются всего лишь безоговорочной капитуляцией. А у капитуляции свои жесткие правила: побежденный полностью соглашается со всеми условиями, которые предъявляет победитель. То есть все будет происходить по принципу «Горе побеждённым».

Как бы то ни было, было решено отправить к Хулагу двух человек для предварительных переговоров. Как и следовало ожидать, послами халифа были сам Ибн Аль-‘Альками, а его сопровождал несторианский патриарх Багдадской церкви. Как ни странно, на переговорах с Хулагу мусульманское государство представляли люди, не имеющие к нему никакого отношения: шиитский предатель, который практически ненавидел аббасидский халифат, и христианский священник. Визирь выехал к ставке Хулагу якобы для проведения мирных переговоров, но на самом деле он шел на эту встречу лишь для того, чтобы получить гарантии безопасности лично для себя и шиитов Багдада.

В ходе тайных «переговоров» были достигнуты определённые договорённости между Хулагу и якобы представителями аббасидского халифата. «Парламентёрам» халифа в обмен на помощь во взятии Багдада было обещано членство в новом Совете управляющих, который будет править в Ираке после «освобождения» Багдада от мусульманского халифата. Конечно же, «представители» аббасидского халифата, как и следовало ожидать, охотно согласились всячески содействовать монголам в этом деле. Как же они могли не согласиться, ведь исполняется их мечта – свержение мусульманского халифата, более того, за это их ждет еще и награда.

А к халифу переговорщики вернулись с очень странным требованием от монгольского предводителя. До Хулагу дошли известия о том, что в Багдаде имеются некие люди, настроенные противостоять монголам и призывающие народ оказать сопротивление врагу и выйти на священный джихад. Если в городе будут такие настроения, это может подорвать мирные переговоры. Поэтому правитель мусульман должен выдать Хулагу руководителей этого движения, в том числе Муджахида ад-дин Айбека и Сулейманшаха,

которые призывали к джихаду и побуждали халифа к сопротивлению. Относительно того, как ответил халиф на это требование монголов, нет точной информации, но во всяком случае всем стало ясно, каковы истинные намерения у Хулагу и врагов Ислама.

Положение Багдада становилось все тяжелее...

Переговорщики продолжали ходить между дворцом халифа и лагерем Хулагу, пока не были достигнуты определенные результаты. А результаты переговоров, как их описал Ибн Аль-‘Альками, были «более чем удовлетворительными». Что касается договорённостей, которые были достигнуты с Хулагу, несмотря на ряд «несложных» требований, которые должен был исполнить халиф, то Ибн Аль-‘Альками считал их большой политической победой. Этот договор содержал такие пункты:

1. отмена военного положения между обеими сторонами и установление мирных отношений;

2. монгольский предводитель Хулагу, который пролил кровь сотни тысяч мусульман, выдаёт свою дочь за сына правителя мусульман Аль-Му’тасима би-Ллах;

3. Аль-Му’тасим сохраняет свою власть;

4. всем жителям Багдада даются полные гарантии безопасности.

Однако эти условия вступают в силу только после исполнения следующих требований:

1. разрушить все крепости Ирака;

2. заполнить все оборонительные траншеи;

3. сдать всё оружие;

4. отдать Багдад под управление монголов.

И в заключение Хулагу заявил парламентёрам халифа, что он прибыл сюда лишь для того, чтобы установить порядок, основанный на принципах справедливости, свободы и безопасности… и как только будет выполнена эта миссия, он сразу вернётся со своими войсками на свою родину и оставит иракцев жить согласно их закону и порядку.

Этот договор, особенно последнее заявление монгольского предводителя, возродил надежды халифа, но выполнение данных обещаний со стороны Хулагу вызывало большие сомнения.

Более того, требования Хулагу были более чем суровыми. Их выполнение лишало мусульман возможности в дальнейшем оказать какое-либо сопротивление. А с другой стороны, халиф остаётся правителем своей страны, но под управлением монголов. Это, конечно, унижение и оскорбление для правителя всего мусульманского мира, но, во всяком случае, он остаётся в живых.

Несмотря ни на что, халифа не покидали сомнения… И народ, которым правил халиф, был в таких же сомнениях. Только малая часть из них призывала встать на джихад и оказать сопротивление врагам Ислама. Что касается остальных, то есть большинства жителей Багдада, то у них от страха перед монголами «душа ушла в пятки».

Поэтому халифу для продолжительных раздумий и анализа всего происходящего за последние дни было необходимо больше времени, ибо предстояло вынести очень трудное решение. На карту была поставлена судьба всего исламского мира. Под стенами города стояли кровожадные полчища беспощадных монголов, а позади, то есть внутри города – огромное количество испуганных жителей Багдада. А предпринять что-либо было уже поздно, ведь Хулагу не желал так долго ждать, ибо содержание многочисленного войска под стенами Багдада ему обходилось в несколько тысяч динаров в день.

Осада Багдада продолжалась, проходил январь 1258 (Мухаррам 656 года по хиджре), стояли зимние холода. И в такую морозную погоду под стенами города стояли монгольские воины, которые жаждали (страстно желали) увидеть этот красивый город изнутри…

Будут ли они в таком положении ожидать ответа халифа…?

Смотрите также:

Падение Багдада. Часть 1