Mусульманский ренессанс.
Швейцарский востоковед Адам Мец (1869 - 1917 гг.) является признанным знатоком истории культуры исламского халифата III - IV веков хиджры (IX - X вв. н. э.). Он пришёл в востоковедение уже в зрелом возрасте, занимаясь до этого юриспруденцией и богословием. Начав с изучения семитских языков, овладев ивритом и арабским, Мец сконцентрировал внимание на средневековом периоде арабского Востока. Ограничив исследования только рамками двух столетий, он самым тщательным образом изучил огромное количество источников.
К сожалению, свой главный труд - книгу "Mусульманский ренессанс" - Мец завершить так и не успел. Она увидела свет только в 1922 году в Лондоне, а русский вариант появился в 1966 году в издательстве "Наука". Книга Меца была переведена с немецкого на многие языки мира, причём автором английского перевода был известный арабский востоковед Саллахудин.
Интерес к этим двум столетиям истории исламского халифата швейцарский учёный объяснял тем, что "в этот период империя вновь вернулась к положению, которое существовало в доисламскую эпоху, когда вновь образовались отдельные независимые государства и именно в тех границах, в каких они неизменно, за исключением кратких периодов, пребывали на протяжении всей истории Востока".
В те века всё ещё сохранялась видимость верховной власти багдадского халифа, и в источниках того периода речь идёт об империи (амал) "повелителя правоверных", которая простирается от Ферганы до крайнего Запада и от Каспия до Мекки. Однако те же источники сообщают, что в середине III в. по Хиджре (IХ в. н.э.) века от халифата "откололся" Западный Иран, стали независимыми Месопотамия, Египет, Сирия, Африка, Испания, Южная Аравия, Бахрейн, Табаристан. Xалифам остался лишь Багдад и часть Вавилонии. И всё же их имена ещё произносились первыми после Пророка (да благословит его Аллах и приветствует!) во время богослужения во всех мечетях, и правители вновь образованных исламских государств покупали у них титулы и высылали дары. Но в 297 г. х. (909 г. н.э.) году Фатимиды не пожелали быть просто светскими правителями, а возжелали стать подлинными наследниками Пророка. Они присвоили себе титул "повелителя правоверных", и с тех пор его значение стало стремительно падать. В середине IV века Хиджры так называли себя даже владельцы мелких княжеств.
Адам Мец изучал историю заката империи, которая "простиралась от границы до границы на десять месяцев пути, и в этих пределах мусульманин, совершая путешествие, находился под сенью своей веры, встречал того же Бога, те же молитвы, аналогичные законы и схожие обычаи. Это было время, когда мусульманин был уверен в личной свободе во всех областях своей страны и никто не мог сделать его рабом".
Меца особенно поразило отношение той эпохи к книгам и библиотекам. Он пишет: "По количеству и подбору книг в доме, я могу определить степень культуры его обитателей, их учёность. Так и государства". Мец приводит данные о наличии книг в библиотеках средневекового Запада. Соборная библиотека в Констанце имела 356 томов, в Бамберге (в 1130 г. н. э.) - лишь 96. Между тем объёмы книжных фондов среднего восточного владетеля насчитывали свыше ста тысяч книг! Библиотека багдадского халифа Адуда-ад-Даула, в годы правления которого был покорён Дербент, и который первым "реставрировал" и присвоил себе имя "шахиншах" (т. е. "царь царей"), помещалась в специальном здании. Ведали ею управляющий (вакил), библиотекарь (хазин) и инспектор (мушриф). Там были собраны книги по всем отраслям знаний. Библиотека эта состояла из большого вестибюля и длинного сводчатого зала с боковыми помещениями. Вдоль всех стен зала и помещений тянулись ряды книжных шкафов. Каждая отрасль имела свой шкаф и свой каталог.
В конце IV века хиджры каждый из трёх великих повелителей Ислама в Кордове, Каире и Багдаде был страстным книголюбом. Ал-Хакам в Испании имел специальных людей, скупавших для него по всему Востоку оригиналы книг. Каталог его библиотеки состоял из 44 тетрадей по 20 листов каждая.
Благодаря Мецу известны три самых известных книголюба III века по Хиджре. Это вельможи багдадского двора ал-Джахиз и ал-Фатах ибн Хакан, а также багдадский кадий Исмаил ибн Исхак. Любую книгу, которая попадала в руки ал-Джахиза, он не выпускал, пока не прочитывал от корки до корки. Он взял в аренду все книжные лавки, чтобы иметь возможность посещать их и читать там книги. Мец сообщает, что даже смерть настигла вельможу во время занятия любимым делом: он, как обычно, раскладывал вокруг себя горы книг, когда одна из них… вдруг обрушилась и убила старца...
Примерно в середине III (IХ) века некий Али ибн Йахйа построил у себя в имении книгохранилище, которое назвал "Сокровище мудрости". Люди часто и подолгу занимались там чтением и науками, причём жили все за счёт хозяина. Однажды в сокровищницу, совершая паломничество в Мекку, попал известный астроном Абу Машар (Ал-Балхи) из Хорасана. Застряв в библиотеке, он так увлёкся, что пропустил время, отведённое на Хадж.
В 355 г. х. (965 г. гр.) году "борцы за чистую веру" - разграбили дом визиря Абу-л-Фадла ибн ал-Амида. Историк ибн-Мискавайхи был у него библиотекарем и свидетельствует, что "сердце визиря тревожила судьба его книг, ибо не было для него ничего милее. А было их много, по всем отраслям наук, философии и литературы, больше ста вьюков. Узнав от меня, что книги целы, хозяин воскликнул: "Я - счастливчик! Всё остальное можно возместить, книги - никогда!"
В 365 (974) году Ас-Сахиб из Каира отклонил лестное предложение сасaнидского правителя стать у него первым министром - только потому, что у него было 40 верблюжьих вьюков по богословию и он не желал тревожить их… переездом из Каира.
Великим коллекционером книг был также кадий Кордовы Абу-л-Мушриф. Он покупал дорогие книги, но никому не давал их читать. Зато шесть его переписчиков трудились день и ночь, чтобы выполнить копии, которые кадий безвозмездно дарил всем желающим.
В начале III века Хиджры книги на Востоке украшали с большой роскошью. Когда в 311 году по Хиджре в Багдаде сожгли 114 мешков "еретических", по мнению халифа, книг, из костра текло расплавленное серебро и золото. Рукописи и книги были написаны золотом на тончайшей китайской бумаге и переплетены дорогой тиснёной кожей, парчой и шелком. Изысканной красотой отличались книги, выходившие из-под пера знаменитых на Востоке переписчиков (асл мансуб).
В те столетия, вместе с увлечением библиотеками, возникли и научные учреждения, в которых хранение книг сочеталось с обучением. Поэт и учёный Ибн-Хамдан учредил в Мосуле Дом науки (дарул-илм) с библиотекой, где были книги по всем отраслям знаний. Доступ к ним имел любой, кто стремился к знаниям. Неимущим здесь выдавали бумагу и чернила, а сам учредитель постоянно находился в доме, где читал свои и чужие стихи и прозу, работал над книгами по праву и истории мира. Он завещал и дом, и библиотеку городу и выделил стипендию для приезжих учёных.
Один из вельмож Адуд-ал-Даула в 350 (960) году построил в Басре библиотеку, где переписчики и читатели получали денежное содержание, а визирь Багдада Абдурашид ибн Сабур в начале IV (Х) века основал Дом науки (дарул-илм) в западной части города и в ней хранил 100 экземпляров одного только Корана, выполненных лучшими каллиграфами арабского Востока. Он же основал Дом знаний (талабатул-илм) для студентов и содержал их за собственный счёт.
В Египте в 378 (988) году некий Ал-Азиз купил дом по соседству с мечетью ал-Азхар и устроил в нём Академию для 35 богословов, которые каждую пятницу после молитвы собирались и проводили здесь учёные диспуты. А знаменитый Каирский университет был основан в 395 (1004) году халифом Ал-Хакимом. Здесь он собрал все книги из дворцовых библиотек. Кроме библиотекарей и переписчиков, здесь трудились учёные и студенты, а чернильницы, тростник для письма (калам) и бумагу в университете выдавали бесплатно. Адам Мец приводит и смету расходов этого учреждения. В неё включены суммы жалованья педагогам, расходы на питьевую воду, ремонт помещений, деньги на циновки, ковры, зимние одеяла...
Самым же известным и популярным в халифате учебным заведением считалась старейшая Соборная мечеть в Багдаде - мечеть Ал-Мансура. Мец пишет, что знаменитейший в империи богослов и учёный Хатиб-ал-Багдади во время Хаджа в Мекке сделал три глотка из источника Зам-зам и на каждый глоток загадал по желанию: написать историю Багдада, читать хадисы в мечети Ал-Мансура и быть похороненным рядом с нею. Все его пожелания сбылись.
Высшей ступенью преподавания в университетах считалась диктовка (имла). Богословы и филологи диктовали часами, а слушатели исправно записывали их речи. В верхней части листа студенты записывали: "Лекция. Продиктована нашим шейхом таким-то там-то в такой-то день".
В эти же столетия были созданы исламские школы - медресе. Надёжнейший источник - автор истории халифата Ал-Хаким сообщает, что первое медресе было построено в Нишапуре, где у педагогов были помощники (мустамли), которые передавали слова учителя тем, кто сидел в задних рядах и его не слышал. Помощник следил за дисциплиной и тишиной в классе. Уроки в медресе начинались словами "Хвала Аллаху!" и славословиями в честь Пророка Мухаммада (да благословит его Аллах и приветствует!). Затем ученик с самым красивым и звучным голосом читал суры из Корана, а когда заканчивал, педагог молился о благоденствии города, его жителей и своих учеников. После молитвы его помощник призывал к тишине и вниманию, произносил благословение Пророку (да благословит его Аллах и приветствует!), и урок начинался. Во время урока ученики имели право вставать и задавать любые вопросы, а педагог обязан был терпеливо отвечать даже на самые нелепые. Учителям строго рекомендовалось перед началом занятий совершать омовение, расчёсывать бороду, сидеть прямо и в благопристойной позе. Ученики могли передавать ему записки, в которых просили помолиться о больном родственнике, о страждущем и нуждающемся. Когда учитель заканчивал молитву, ученики хором произносили "Амин!", а затем занятия продолжались.
Источники той эпохи свидетельствуют, что учительство никогда не приносило доходов. Среди учёных даже существовало твёрдое мнение, что вообще недопустимо брать плату за обучение Корану и хадисам, а за другие науки плату следует брать такую, чтобы не умереть с голоду. Знаменитому Ал-Хатибу ал-Багдади в мечети города Тира пытались вручить за обучение детей 300 динаров. Он стряхнул их с молитвенного коврика и навсегда покинул эту мечеть.
Школьные учителя (муаллимул-куттаб) зарабатывали себе на жизнь перепиской книг и серьёзно занимались наукой. Некий багдадец Ал-Джахиз в начале IV века Хиджры написал о них книгу, пересыпанную как восхвалениями в их адрес, так и забавными историями из их жизни. Один педагог, говорится в ней, как-то похвастался замечательной памятью: "Я ещё никогда ничего не забывал, - и тут же крикнул: - Эй, школяр, подай мне мои туфли!" На что тот смиренно ответил: "Они у тебя на ногах, о мудрейший…"
Подготовил Н. Джафаров.
