«Мы хотим справедливости здесь и сейчас!» – орёт толпа.
Справка: Самосуд — незаконная расправа с действительным или предполагаемым преступником, без обращения к государственным органам. Самосуд отличается от обычной мести тем, что при мести расправу над обидчиком осуществляет сама жертва или близкие ей люди, самосуд же могут учинить и посторонние, стремясь таким образом обеспечить справедливость в их понимании и предотвратить потенциальную угрозу интересам общества.
В порыве гнева мы можем оправдать самосуд. Теперь это явление уже не такая большая редкость в наших краях. Но когда гнев утихает и разум берёт верх над чувствами, приходится трезво отвечать на обоснованно возникающие вопросы. А тот ли преступник, что был заживо сожжён или повешен? Вина его была безусловна? Может, всё-таки не он это был? А вдруг ошибка произошла?
Пытаясь найти причины возникновения этого на самом деле страшного действа, стараешься докопаться, откуда оно берёт начало. Неспроста ведь обычные люди превращаются и в судей, и в палачей одновременно. Они берут на себя несвойственную им задачу. Берут на себя ответственность совершить кару, когда нет доверия к существующему правосудию, когда они не уверены в справедливости властей, не видят извергов наказанными. Им приходится своими силами, стихийно вершить «закон» – око за око. Подспудно «судьи-палачи» хотели бы устрашить потенциальных преступников от злых намерений, отбить у них охоту до всего нехорошего.
Стремление восстановить справедливость, гнев и жажда мести толкают людей на крайние меры, и совершаются новые преступления. Борясь с преступлением, наказывая преступника, порождать новое преступление? Так не должно быть. Чистое грязными руками не делается. Справедливость путём беззакония не достигается. Но об этом не думают, когда на окраине села находят маленькие тела растленных и убитых детей. Думают о наказании зверя. А он ведь рядом, недавно «откинулся» злодей. Что тут думать, айда за ним! Сжечь его самого, дом – и родственников вон, из глаз долой!
Или вспомним случай, когда из-за пустячной ссоры погибли трое и двое оказались смертельно ранены. Это произошло недавно в пригороде Махачкалы. Возле одного дежурного магазина поздно вечером одного парня убили на месте, другого ранили. Моментально организовавшаяся толпа кликнула: вперёд – за чужаками! Живыми лучше не брать, в полицию не сдавать, тем более виноватый сам работник «органов» – «отмажется». Избить до смерти. Заодно и его пассажира. Не надо спрашивать: «За что ты так поступил, в чём причина?» – убить, уничтожить. А безвинный ребёнок, утонувший во время погони, когда машина убегавших опрокинулась в канаву, на чьей совести будет?
Давний случай в Буйнакске помнят многие. Когда в этом спокойном городе обнаруживается семья извергов-врачей, якобы промышлявших сбором детских органов для продажи больным. Повесить их на площади. Поймать и вздёрнуть. Неважно, что в домашних, не лабораторных условиях невозможно стерильно проводить операцию по изъятию внутренних органов, и хранить их нужно в строго установленном соответствии. Пропадали дети – обнаружились подозрительные врачи. Вот и вся цепочка рассуждений, улики как бы налицо.
Понятно, что у сторонников вершить суды Линча могут быть «железные» аргументы. Не спорю, самосуд может оказывать огромный эффект на потенциальных убийц. Да, многие задумаются и испугаются совершить зло. Где с наведением порядка не справляется правоохранительная система, в случае чрезвычайных происшествий могут случаться приговоры толпы. В конце XIX века на золотых приисках в Аляске применялись те самые самосуды. В итоге воровство прекратилось, самородки золота можно было оставлять прямо на улице, возле дома: их никто не трогал. Адепты линчевания скажут: «Вот видите, как благотворно влияет эта «простая» процедура на установление порядка!» Но мы же живём не на диком Западе. Могут гибнуть невинные люди. Дело в том, что самосуд – он скор на руку, ему не нужны доказательства, свидетельства очевидцев, рутинные процедуры. Обычно достаточно «обоснованных» подозрений.
Не могу не вспомнить другой истории. В годы дудаевского лихолетья ровесник односельчанин, зарабатывая частным извозом, рискнув, заехал в соседнюю республику, до которой от Хасавюрта рукой подать. Там, где царил закон джунглей, из-за «жигулёнка» разбойники отняли его жизнь. Гнев сельчан, безоглядно ринувшихся за убийцами, дал результат. Нашли и машину, и человека в ней. Но кто-то, не потерявший голову, предложил пойманного «абрека» отвезти в село, там разобраться. Так и сделали. Посадили в яму, устроили следствие. Оказалось, этот человек вовсе не при чём, он просто у своих земляков дёшево купил машину и знать ничего не знал. Его пришлось вернуть домой, извиниться перед родственниками. Кстати, они же и помогли потом поймать настоящих убийц.
Убить легко, но потом обратно уже не вернуть. Помнить в гневе об этом, наверное, невозможно.
Я не судья и не следователь – не могу знать, кто преступник, какие у него могут быть мотивы. Точно так же этого не знает и толпа. Но для разбушевавшейся толпы это не важно. Для неё главное – наказать, покарать. И не дай Аллах оказаться под подозрением толпы или даже быть трезвомыслящим человеком, который заикнётся о правосудии во время самосуда. И ему одна дорога – туда же. Гнев и эмоции, жажда мести, смешанные с чувством «сотворения» справедливости, приносят большие беды. Из-за боязни оставить подлеца безнаказанным нельзя торопиться. И суд не должен быть скорым. Решение суда может быть гуманным или строгим, но всегда должно оставаться справедливым и непредвзятым. Есть же принцип в Исламе, что лучше не наказать тысячи виновных, чем наказать одного безвинного. Религия справедливости не терпит наказания невиновного (для этого предусмотрены все этапы следствия вплоть до мелочей). Поэтому в Исламе нет кровной мести, вендетта полностью запрещена. Нельзя даже невесту себе выкрасть. Нет места и самосуду. Потому запрещено, что всё это никак не связано со справедливостью и законом. Всё это есть беззаконие, которое может рождать только анархию и вседозволенность. Дорогие мусульмане, имейте это в виду, никогда не торопитесь, знайте: виновный не уйдёт от ответа. Даже в этом мире.
«Мы хотим справедливости здесь и сейчас!» – орёт толпа. А система правосудия в нашей стране пока не улучшается и никак не меняется, не ограждает и наказывает заслуживших того далеко не всегда. Люди же, как могут, как это понимают, пытаются оградить себя от преступности, желая спокойной жизни. В итоге иногда сами вершат «справедливость». Поэтому можно предположить, что если не будет эффекта от множества соответствующих ведомств и министерств и совершение тяжких преступлений уменьшаться не станет, то и приговоры народа не прекратятся.
Умный знает, как выйти из трудного положения, а мудрец просто избежит попадания в трудность. Конечно, чтобы исчезли из нашей жизни самосуды, посоветовать не нарушать закон легко. Однако, чтобы не было у нас этого варварского обычая, нам надо научиться быть терпимей, учиться укрощать свои инстинкты, укреплять веру и помнить, что всё плохое и хорошее – от нашего Создателя. Нам надо очень много работать над собой и своим поведением. Благо есть вектор направления, куда двигаться, известны приёмы преодоления трудностей на пути. Знаем, на кого равняться. Надо начать. Тогда и эти, и другие наши проблемы будут исчезать, как мыльные пузыри.
