В Москве прошёл торжественный вечер в честь поэта.
Поймите, люди всей земли:
Вражда – плохое дело.
Живите в дружбе меж собой.
Нет лучшего удела!
В этом году исполняется 570 лет со дня рождения и 510 лет со дня кончины великого поэта из тариката Накшбандия. 9 февраля во многих городах мира пройдут вечера, концерты и конференции памяти выдающегося поэта, историографа и государственного деятеля исламского Средневековья, считающегося классиком и родоначальником узбекской литературы - Алишера Навои.
Алишер Навои (по узбекски Alisher Navoiy), Низамаддин Мир Алишер (9 февраля 1441, Герат — 3 января 1501, Герат) — выдающийся поэт Востока, философ суфийского направления, представитель тариката Накшбандия, государственный деятель тимуридского Хорасана. Под псевдонимом Фани (бренный) писал на языке фарси, однако главные произведения создал под псевдонимом Навои (мелодичный) на литературном чагатайском языке, на развитие которого оказал заметное влияние. Его творчество дало мощный стимул эволюции литературы на тюркских языках, в особенности чагатайской и воспринявшей её традиции узбекской.
8 февраля в центре «Русское Зарубежье» в Москве прошёл торжественный вечер в честь поэта, организованный различными культурными организациями, Россотрудничеством и Посольством Узбекистана в России.
К юбилею Алишера Навои московский поэт и культуролог Джаннат Сергей Маркус посвятил стихи:
Памятник Алишеру Навои в Москве
Нет места худшего, чем памятник поэту
Поставить среди шумного потока
Садового столичного кольца.
Здесь нет садов давно, порублено живое
За-ради пользы, выгоды. А скорость
Царит над всеми словно «бог». Скорее!
Скорее в магазины, в офис, в бары!
Скорее в Кремль, в министры и вожди!
Однако тополя, как будто в Туркестане,
Замкнув всю суетность, уверенные, встали,
Как стражи тишины, благоговейно –
Вокруг тебя, учитель Навои.
Откуда тополя и эта к Небу - тяга?
Откуда аромат, сияние Востока
Тут появились? Камню и металлу
Придав ту форму, что вобрала дух
Молитвенно молчащего поэта,
Поднявшего словесность в высоту?
Он на тюрки и на фарси слова чеканил,
Великим мастерам служа, как подмастерье:
Служа Великому, сам в Небо возрастал.
Поэту-суфию – поверить разве можно? –
В Москве, в начале тракта на Восток,
Что через Серпухов ведёт к Орде и Крыму,
Поставлен памятник!..
Столетия минуют,
Народы, обессилевши от распрей,
Слагают с плеч военные доспехи –
И отливают мудрости хвалу,
Стихи и песни тюркской «Пятерицы»
Из острого металла той вражды,
В которой столько потеряли братьев
Славяне, тюрки, персы… В память им,
Вражде отдавшим кровь свою и судьбы,
Стоит здесь памятник поэту – и в укор им.
И в назиданье будущим потомкам,
Желающим вослед за Искандаром
Мир захватить безумием войны.
А он учил нас Божьему согласью
И совершенство обретал во всём:
«Художник совершенен», - скажешь ты,
Исследуя творения черты.
Тот, кто в искусство Вечного проник,
Откроет сокровенных сил родник».
…Нет места лучшего, чем памятник поэту
Поставить среди шумного потока
Садового столичного кольца.
Бежим, бежим, себя не замечая –
Нас остановит вмиг - летящий в Небо
Старинный тополь, гордая осанка
Поэта, миротворца, мудреца!
Сабурово, 23 ноября 2010 года
В кавычках – цитата из Навои в переводе Владимира Державина «Стена Искандара», стр. 365 в «Хамсе», Ташкент, 1986 г.
Собкор.
