Продолжение «Девичья Башня. Или история повторяется?»
Пророк (мир ему и благословение) сказал: «Аллах одарит особым местом в Раю тех из рабов Своих, кто радует сердца детей».
Неожиданная встреча с Альфией изменила ход его пессимистических мыслей, для него это было как знамение свыше. «Заставить передумать человека, решившегося на самоубийство – дело нелёгкое и доброе. Хотела прыгнуть с крыши Девичьей башни, к счастью, я помог ей передумать» – размышлял он. Невольные свидетели этого события провожали его любопытными взглядами. Башня оставалась позади, он снова шагал по бульвару, а затем повернулся на сто восемьдесят градусов и направился в сторону старого города Ичери-шехер. Голод заявил о себе внезапно, череда положительных мыслей, нехватку которых остро чувствовал Эльбрус в течение дня, благотворно повлияли на его эмоциональный настрой и способствовали тому, что, наконец, до него дошло: я ужасно голоден.
Узкие мощённые булыжником улицы, по большинству из них не пройдёт и легковая машина, это место обилует историческими памятниками. Старые здания и жилые дома с деревянными воротами, времён средневековья. Здесь более десяти мечетей самая ранняя построена в IХ, а также насчитывающие несколько веков бани, караван-сараи. Комплекс Дворец Ширваншахов – считающийся жемчужиной азербайджанской архитектуры и ещё немало других исторических памятников. Высокая крепостная стена, высота которой достигает десяти метров, а в ширину – более трёх, служил в своё время защитой от набегов иноземцев. Ичери-шехер является историко-архитектурным заповедником с 1977 года.
«Здесь как будто время течёт медленно по неизвестным законам физики, словно ты попал в другое измерение, обратно в прошлые века, особая тишина царит здесь, будто бы умудрённая веками, и мысли здесь становятся спокойными», – думал Эльбрус, шагая по узким улицам Ичери-шехер. Он прошёл мимо гостиниц, ресторанов, музеев и посольств некоторых европейских стран, наконец, показалось знакомое ему кафе. «Гыз галасы» помещался в здании старой постройки недалеко от метростанции «Ичери-шехер», внутри было уютно, интерьер был выполнен с расчётом того, чтобы создать у посетителя атмосферу древности, на стенах висели ковры ручной работы местных мастеров и картины старого города. Посетителей было мало, заняв столик в углу, Эльбрус принялся изучать меню, и, недолго думая, попросил принести ему «Пити», приняв заказ, официант удалился. Трапеза продолжалась недолго, Эльбрус попросил чай, подошёл молодой человек и сказал: «Ассаламу алайкум!»
Эльбрус, не торопясь поднял взгляд на стоящего у столика молодого парня, а затем встал и протянул руку со словами: «Ва алайкум ассалам, Руслан. Сколько же мы не виделись, брат?»
– Не будем считать, насколько мы постарели, – сказал Руслан и улыбнулся, – я видел, как ты заходил сюда, но сперва не узнал, ты изменился старший сержант Галаев.
– Не настолько, чтобы армейские друзья не узнали, рядовой Мурадов, садись. Расскажи, как жизнь? Давно ли ты в городе? Чем занимаешься? – Эльбрус искренне радовался встрече с сослуживцем.
– К чему град вопросов? Я вчера приехал в Баку, – сказал Руслан, – по работе… – прошло несколько секунд, этого было достаточно, чтобы настроение Руслана передалось Эльбрусу, который на интуитивном уровне почувствовал, что у сослуживца какие-то проблемы. – Как долго ты здесь пробудешь? – нарушил он молчание. – Хорошо, что мы встретились, кто знает, когда мы ещё увидимся, – задумчиво сказал он, – а про себя думал – «может, не доживу до следующей встречи», и выдавил из себя улыбку – так и не сказал, почему ты здесь? Что кроется за таинственными словами «приехал по работе...»?
– Честно сказать, даже не знаю, зачем я здесь. У меня здесь нет никаких дел. Ещё вчера я был в Махачкале…
– И ты без причины просто так приехал в Баку? Я тебя не понимаю, Руслан.
– Я чувствую себя беглецом.
– От кого ты убежал? – спросил Эльбрус. Руслан на сей раз замолчал надолго, а потом ответил: – От себя, наверное, я пока не знаю, от чего бегу. От себя невозможно убежать, не так ли? Я это понял слишком поздно. Никогда не бродил по улицам Ичери-шехер, может, ты мне устроишь экскурсию? – улыбался он. – Здесь легко заблудиться, но я тебе устрою обзорную прогулку по Ичери-шехер, а вечером поедем ко мне, ты мой гость, – Эльбрус направился к выходу.
– Как ты думаешь, семья как социальный институт оправдывает своё существование, или может ли человечество найти альтернативу ему?
Эльбрус посмотрел на Руслана и понял, что он не шутит и вопрос задаёт с полной серьёзностью. – Зачем заново изобретать велосипед? Этот «институт» (как ты сказал) себя оправдывает вот уже десятки тысяч лет, и ты прекрасно знаешь, что человек не может всесторонне развиваться вне семьи, вне общества.
– А может пора искать альтернативу семьи? Может, человечество превзошло бы наше общество в своём развитии, имей оно альтернативу семьи?
– Что с тобой Руслан? Ты как будто восстал против моральных устоев человечества, приобретённых веками. Что тебя так расстроило, что ты решил подвергнуть сомнению эффективность и полезность «семьи»?
– Меня мучает один вопрос, и я не нахожу ответа. Ты ведь не всё обо мне знаешь, Эльбрус. Я расскажу тебе мою историю, говорят, от этого становится легче. В те дни я ходил в школу и хорошо учился. Был полон наивных мечтаний. Так, я проучился до 10 класса, а потом я был одержим одной мыслью… У нас была соседка, старая женщина, мы все её любили. Как-то весной, в марте, когда деревья начинают цвести, а птички неустанно поют, я возвращался домой, нас отпустили пораньше, учитель по физкультуре заболел. Бабушка Айша сидела на скамейке у ворот своего дома, я поздоровался с ней и шёл своей дорогой, она окликнула меня: Руслан, сынок, пойди сюда, расскажу тебе всё, уже взрослый мальчик, ты должен знать...
Я сел рядом с ней и сказал: «Я слушаю, бабушка Айша». И начался ужасный рассказ. – Руслан, сынок, выслушай меня и знай, всё, что я скажу – это правда, ты уже взрослый, это твоё законное прав знать всё, а потом сам посуди, как тебе быть. Скажешь спасибо или проклянешь меня – это тоже тебе решать. Так вот, сын мой, когда ты был маленьким, нет… не так…плохая из меня рассказчица... Слушай, твоя мама – это не твоя мама… она тебя вырастила, но не она тебя рожала. Родная мама у тебя другая. – Нет, у меня одна мама и мне не нужна другая мама, – сказал я ей. Выслушай меня до конца. В день, когда ты родился, твоя родная мама убежала из больницы. А твой отец женился на другой женщине, она воспитала тебя как родного сына, и ты зовёшь её мамой. – Она и есть моя мама, – закричал, я. Не знаю, почему твоя мать так поступила, Аллах ей судья… – Эта неправда, – сказал я и побежал домой. Бабушка Айша что-то ещё хотела сказать, но я уже не слушал её. Я не находил себе места, моё сознание отказывалось принять эту информацию. В тот день я возненавидел бабушку Айшу и перестал с ней здороваться.
Прошли мучительные три дня, я не выдержал и спросил у мамы: «Где моя настоящая мать? А мама молчала, я повторил вопрос, она выбежала из комнаты и вернулась с отцом, они усадили меня за стол, и папа рассказал мне то же самое, что и бабушка Айша. А потом он сказал: «Если ты хочешь жить с ней, ты можешь это сделать, я тебя не буду здесь насильно держать. Но знай и помни: мы тоже – твоя семья, здесь твой дом, и мы все тебя любим, а если ты захочешь вернуться к нам, возвращайся, мы будем тебя ждать». «Фатима, перестань плакать», – сказал он, обращаясь к маме. Она ничего не говорила, но не могла остановиться. Я сказал: «Папа, я никуда не пойду жить, здесь мой дом и моя семья, а ты, мама, не плачь, я тебя люблю». И я выбежал из комнаты.
Шло время, и я постепенно принял этот ужасный факт и с каждым днём соглашался и мирился с этим. Кто-то из великих сказал: «Время великий уравнитель». Но вопрос не угасал во мне. Почему она меня бросила в больнице как ненужную вещь? Так я жил ещё два года, а потом был последний звонок. Спустя несколько месяцев принесли повестку из военкомата, и я прошёл медкомиссию, назначили день моей отправки в армию. Всё чаще я думал о встрече с той, которая меня родила, я узнал, где её дом и как туда проехать, оказалось она из другого посёлка в другом конце нашего района. Оставалось меньше месяца до армии, и я, наконец, решился. Надел лучшую одежду и поехал. Таксист помог найти нужный дом. Вышел из машины, подошёл к воротам, не помню, сколько я там простоял. Появился старик с костылём, я поздоровался, а он спросил, к кому я пришёл. Тогда я впервые назвал её по имени и добавил, что я её сын. Старик поспешно зашёл во двор и вышел оттуда с пожилой женщиной, возможно его жена, они плакали, позвали меня во двор и сказали, что моя мама здесь, в доме, велели подождать, скажут ей, что я пришёл. Вскоре она вернулась, и казалось, её слёзам не будет конца, сквозь её безутешный плач я смог различить слова: «Она не хочет тебя видеть». На миг я потерял дар речи, затем был нервный или истеричный смех: как это не хочет видеть? Я два года ждал этой встречи, сколько раз прокручивал в голове, как это произойдёт, и вот родная мать не хочет увидеть сына, которого не видела уже 18 лет. Это был самый ужасный день в моей жизни, я стоял во дворе и по щекам катились слёзы. А старики, окружив меня, плакали и говорили одновременно, я не хотел слушать никого. Вероятно, они были моими бабушкой и дедушкой, я не спросил их об этом. Я был раздавлен, не понимал, почему она так со мной поступила? Целую неделю я не приходил в себя, старался быть с друзьями, чтобы развеять мысли. А через двадцать дней я отправился в армию.
– Возможно, она боится, что не сможет вынести твои обвинения. Что она может тебе ответить? Если ты спросишь: «Мама, зачем ты бросила меня в больнице?» Может, её и так мучает совесть, не в силах показаться тебе на глаза? Наверное, она всю жизнь будет жалеть об этом. Может, она боится, увидеть в твоих глазах ненависть? Мы не должны её судить строго, каждый человек ошибается, - взволнованно проговорил Эльбрус.
– У меня нет ненависти, но в душе обида за то, что она меня оставила как вещь. И вопрос мой, «почему ты меня оставила?» вызван обидой и горечью. Я долго над этим думал и не могу найти ответ, я ведь нашёл её и пришёл к ней? Почему она отказалась выйти из дома и показаться мне? Почему она не обняла меня? За 18 лет неужели она не вспоминала меня? А потом я сказал себе, что она не хочет меня видеть, так и быть, значит мы с ней никогда не встретимся, я ей не нужен, также как тогда в больнице.
Два дня назад мне позвонила сестра и сказала, что она спрашивала обо мне и хочет меня увидеть. Знаешь, какая у меня была реакция? Я сразу же сказал, что уже поздно, и что я к ней ходил, а она не вышла навстречу к собственному сыну. Сестра говорит, что я всё равно должен пойти к ней, может, она больна? А я ответил, что ничего не должен. Я впал в отчаяние и приехал сюда, может, я еду к маме?
В тот день Руслан и Эльбрус до глубокой ночи сидели на балконе, они говорили о случившемся. Но утром Руслан проснулся рано, а на сердце было необычайно легко и спокойно, вопросы исчезли. Эльбрус всё понял по его лицу, – ты поступаешь правильно, – сказал он другу. А Руслан улыбнулся и сказал: – В итоге так всё и должно быть, я выслушаю её. И расскажу, как по долгим и бессонным ночам представлял нашу встречу.
Через час Руслан сидел в автобусе, который вёз его на встречу с матерью.
