Настало, наконец, время признаться в любви. В любви к Дагестану. Наверное, не все вы, мои читатели, знаете, что с недавнего времени я тут живу. Это уникальная республика, так и тянет написать – страна, но всё-таки это не будет соответствовать действительности. С одной стороны, это страна – потому что «другая», не похожая на Россию. С другой – это республика, потому что ужасно похожа на… Россию.
Я убеждена, что невозможно одно отделить от другого. Тут люди такие же, как я. У них советское прошлое, у них тоже была Перестройка, они такие же, как я, как мы… а если отличаются, то примерно так, как каждый из нас отличен от своего соседа. Ваш сосед по лестничной клетке непременно отличается от вас. У него может быть не такой цвет волос, глаз, дома ремонт может быть другим и мебель. Уклад жизни тоже может отличаться: вы ложитесь спать рано, он – в полночь. Вы не едите мясо, а он не может прожить без отбивной. По пристрастиям тоже есть отличия: вы любите классику, он – тяжёлый рок; вам нравятся брюнетки, ему – блондинки. Среди соседей есть такие, которые похожи на вас больше, есть те, кто меньше. Но люди объединяются по похожестям. И по этому признаку Дагестан – это Российская (!) Федерация.
Если вы читаете меня давно, то знаете, что я жила в Афганистане. Многие после ознакомления с моей книгой, повествующей об этой горной земле и её людях, пишут мне, что влюбились в эту страну. Тогда поверьте: Дагестан лучше. Я любила Афган, но это была влюблённость, оставившая в сердце послевкусие, как после короткого романа: «хорошо, но с привкусом слёз». Я там всё время чувствовала себя как… пазл не в своей картинке. В средней России тоже, кстати.
Судьба русской мусульманки – одинокий путь. Потому что чужая везде. Везде непохожая, не такая, не своя. Я изведала в этом одиночестве две крайности: поплавала в Москве, где за весь день могла не встретить ни одной верующей мусульманки, потом пожарилась под солнцем Кабула, где за год не встретила ни одной русской (кроме как в аэропорту, и то там за русских, а точнее за «своих» мною были приняты белоруска, таджичка и украинка, говорящие на моём родном языке). Может, поэтому, познав такие крайности, я смогла по достоинству оценить Дагестан. Он посередине – во всех смыслах.
Летом, всего лишь год назад, я впервые ступила на его землю. К тому моменту мои знания о нём отличались от того, что знает большинство моих знакомых, только тем, что, по моим сведениям, тут есть море и здесь не только стреляют. Относительно моря будет показательным следующий эпизод: когда я подъезжала на поезде к Махачкале, мне позвонил один близкий человек и с глубоким изумлением спросил: «Всё-таки я не понял: зачем ты в отпуск потащилась в Дагестан, там же даже моря нет!» На что услышал: «Из окна я вижу сейчас справа море, слева горы». Относительно того, что в Даге моря нет и быть не может, я слышала с тех пор довольно часто от своих близких и дальних. Я тоже так думала – долго. Просветили меня в этом вопросе только сами дагестанцы…
И вот – за окном море и горы. Для меня это необходимые ингредиенты счастья. Среди афганских гор мне мучительно не хватало морской глади. Я всё вглядывалась в горные хребты и представляла: вот так разойдутся они – и там обязательно должна быть вода цвета морской волны. И знала – это не так… И было обидно. Потому что горы без моря – как пища без соли: мучительно чего-то не хватает.
В смысле природы в Дагестане мне было обещано всё, что мне нужно для счастья. Хотя изначально я собиралась на Украину, и мысль поехать одной с детьми в Махачкалу представлялась мне… очень экстремальной. И не только мне, но и всем москвичам, которые от меня эту идею слышали. Все свои представления о дагестанцах я почерпнула на столичных рынках в беспредельные девяностые годы жизни новой страны – России. И мне очень даже понятно было всегда, почему выражение «лицо кавказской национальности» – негативное, я досконально знаю, почему в объявлениях о сдаче квартиры пишут «Кавказ не предлагать», и умею ходить по рынку с таким лицом, чтобы не один подвыпивший «джигит» не пристал. В этом я очень русская, очень москвичка, такая же, как большинство моих земляков. Я представляла себе, что, сойдя с поезда, увижу свой «родной» Тимирязевский рынок, только очень большой. Правда, у меня были «в запасе» два знакомых «дагестанских» дагестанца (т. е. живущих тут), которые опровергали и своим существованием и своим поведением мои представления о коренных жителях этой республики. Но я-то думала, что они – исключение. Воспитанные, религиозные, интеллигентные, в общем – образцовые. На данный момент я точно знаю, что те, по кому я раньше составляла мнение о жителях Дагестана, – вот они в большинстве своём досадное недоразумение, исключение. Дагестанцы не такие! Это только кажется, что наш столичный мегаполис притягивает не самые лучшие «экземпляры». Или они приезжают нормальными, а потом каменные джунгли их перерабатывают, и получается уже… вторпродукт, далёкий от оригинала. Нет, я не хочу сказать, что все дагестанцы в Москве такие… но почему-то я не встречала других. И не только я.
Почему же в таком случае я поехала сюда, в Страну гор Вы знаете, тут будет уместно сказать: Бог привёл. Примерно за полгода до поездки мне попалось на глаза интервью Саида-афанди Чиркейского, и с тех пор я ощущала дикую потребность побывать у него. Однако я сразу сказала своей подруге: «Это невозможно, я никогда не смогу побывать в Дагестане – это абсурд». Но во мне уже сидела эта духовная цель, даже не цель… мечта. С недавних пор я уверена: это она вела меня по Воле Всевышнего. А решение пуститься в путь пришло вполне банально. Мой шестилетний сын спросил: «Мама, ты давно обещала, что мы поедем туда, где много мусульман. Зачем тогда мы собираемся отдыхать на Украине?» Вот так: не в бровь, а в глаз. И вот тут я поняла, что вполне могу совместить исполнение духовного стремления с отдыхом, необходимым для здоровья детей. И за неделю мы всё переиграли и взяли билеты и путёвки в Дагестан. Не кидайтесь искать их в Интернете, кстати… я нашла одного туроператора и осталась им недовольна. Лучше сами закажите себе номер в прибрежном отеле: цены вас порадуют, сервис расстроит, если будете излишне оптимистичны в своих мечтах; а самым удивительным будет отсутствие мест в гостиницах и пансионатах – это правда, сама была в шоке. Поэтому заранее закажите номер на берегу, а остальные прелести сервиса купите на месте. Не ожидайте много от сферы услуг… и всё равно побывать тут надо обязательно. Сейчас-то я могу сказать вам с уверенностью, что все, кто побывал здесь, говорят хором примерно одно и то же. А именно: Дагестан завораживает, вливается в кровь и начинает жить внутри тебя. Мне говорят, что в природе существуют люди, которым здесь не понравилось. Но я лично таких не встречала, а с тех пор, как начала делиться своими впечатлениями от поездки, только и слышу от тех, кому тоже посчастливилось увидеть Дагестан воочию: «Да, невозможно забыть, всё время тянет обратно». И эту мною лично придуманную, как я думала, фразу, которую я, вернувшись в Первопрестольную, повторяла довольно часто: «Моё сердце осталось в Дагестане», – слышу от тех, кто тут был, уже год… раз за разом.
Я пробыла в Махачкале месяц, побывала в Дербенте, к которому привязалась моя душа, и в Чиркее, в котором обнаружила постоянный источник для укрепления своей веры. Вы, наверное, читаете и ждёте: ну когда же она наконец скажет, за что она полюбила Дагестан?! Ох, я сама, каждый день вознося Хвалу Аллаху за то, что живу на дагестанской земле, спрашиваю себя: за что? Конечно же, здесь красиво. Плюс тут есть море и горы – то, что в моём понимании необходимо для совершенства природы вокруг меня. Тут почти все одного со мной вероисповедания. При этом, что бы я ни перечислила, это не объясняет, почему я вернулась и почему мечтаю, что навсегда…
Летом я была поражена тем, насколько реальный Дагестан отличался от того, что я себе представляла. Хотя с Афганистаном тоже когда-то было так, поэтому удивление было знакомым. И всё-таки… в Кабуле меня окружали привычные уже мне афганцы, т. е. там было много мужчин, сильно похожих на моего мужа (бывшего на данный момент). И тут я тоже ожидала встретить много мужчин, похожих на привычных для меня торговцев с ближайшего места их массовой дислокации. Вот этого я не обнаружила. Тут все разные такие! Вообще хочу вам сказать, что Дагестан – полноправная территория Российской Федерации. Это Россия, но Дагестан. Здесь (в Махачкале) всё, с одной стороны, так, как я привыкла. А с другой – не так. Про сёла не говорю – это нечто далёкое от наших русских деревень, это язык не повернётся назвать деревней или глухоманью. Сёла Дагестана – это источник жизни для всей республики, и это не лозунг.
Идя по улицам столицы Дагестана, я не ощущаю себя в гостях. Я тут как пазл на своём месте. Всё удобно, комфортно и правильно. Всё вокруг родное, знакомое, такое, как я привыкла, – но не совсем. А там, где не совсем, только позитивные отличия. Например, нет пьяных на улице – непривычно, но приятно. Мужчины ведут себя воспитанно, на женщин сальными взглядами не смотрят, – может, кому-то без этого было бы плохо, но лично мне – просто замечательно. Люди на улице похожи на тех, которые меня окружали с рождения, но у них на лицах… покой и спокойная, не наигранная доброжелательность. Я уж не говорю о том, как комфортно по сравнению с Москвой мне тут в хиджабе.
На данный момент я объездила уже полреспублики, влюбилась в высокогорные районы и сёла Дагестана, особенно Аваристана (аварского Дагестана). Узнала, что есть горы и Горы. И то, что раньше считала горами… именую нынче не иначе как холмами. Теперь знаю лично многих дагестанцев разных национальностей, и среди них есть те, кого успела сильно полюбить. Есть те, кого безгранично уважаю. Появляются друзья и круг общения. У меня есть тут любимые места: Дылым, Дербент; я видела самый красивый в жизни рассвет в селении Сика. На хунзахском плато в ущелье подо мной летали орлы, и я чувствовала себя Сверху Мира. Про Дагестан я теперь говорю: «У нас», а если спрашивают, откуда я… говорю: «С Хунзаха» (вроде как шутка… а мне кажется – может, и нет).
Всё это сейчас. Но год назад я пробыла в Махачкале только месяц. Познакомилась с небольшим количеством местных жителей. А уезжать не просто не хотелось. Отъезд казался ужасной катастрофой. Помню, как накануне я шла вдоль парка рядом с морем и молилась… просила Всевышнего, чтобы Земля Дагестана позвала меня обратно навсегда.
Вообще, наверное, тогда и надо было остаться, но даже для такой решительной экстремалки, как я, всё-таки это было чересчур. Хотя… меня даже в самолёт на обратном пути не пускали, и целый месяц после возвращения в Москву я регулярно бронировала себе билеты в обратный конец. Все эти полгода разлуки меня влекло сюда так, будто к моему сердцу привязали канат и тянут, тянут за него…
И вот я здесь! Вам, жителям других регионов, наверно, не поверится, но тут так… мирно! На лицах прохожих нет московской ожесточённости и безнадёги. Ласковое солнце, чистый воздух с запахом моря, вид на холмы из окон моего рабочего кабинета… И всё-таки мне не хватит причин, чтобы доказать: я знаю, за что люблю Дагестан. Я люблю Дагестан, люблю по- русски, всем сердцем, разумом, душой!
Приезжайте к нам!!!
