Маджлис посвященный завершению строительства медресе в посёлке Сепараторов (Махачкала), 12.11.2005 г.
Дорогие братья по вере, дорогой джамаат! Как бы ни было и что бы мы ни говорили, нам некого винить в наших бедах кроме себя. Существует пословица: «Ребёнок остаётся ребёнком, даже если он пророк». Дети остаются детьми, и если родители их не воспитывают, чего можно от них ожидать? Они проявят свой нрав, а виновными будут родители, потому что они обязаны воспитывать своих детей.
Со дня сотворения мира не было и не будет такого, чтобы против Ислама, против истины не выступала ложь. Мы говорили здесь о том, как работают противники Ислама. Это их дело, которое мы им не можем запретить. Но мы за них не в ответе, наше дело – совершенствовать свою работу, чтобы каждый работал над собой.
«Краеугольным камнем», базисом религии являются медресе. Ведь без медресе не будет мутаалимов, без них не будет алимов, а без алимов кто же станет опорой Ислама? Что ни говори, по сравнению с другими странами, которые считаются мусульманскими, у нас всё очень хорошо, вы сами тому свидетели.
Будучи 70 лет под идеологией коммунизма, мы не чувствовали даже запаха Ислама, а сегодня, смотрите, мечети переполнены прихожанами. Где ещё увидишь подобное? Мы просто обязаны восхвалять Всевышнего!
Те, кто был в числе первых паломников, отправившихся в Хадж из Советского Союза, помнят, каким пустым было кладбище (Баки) без могильных плит, там была голая равнина. А сейчас там полноценное кладбище, установлены могильные плиты больших размеров, с каждым годом число их растёт, их становится больше. О чём это говорит?
Кроме того, многие знают, что, когда на этом кладбище поднимали руки для дуа, смотрители били по рукам, требуя опустить их, мол, это харам. В прежние годы они запрещали даже фотографироваться, не говоря уже о видеосъёмках на Арафате и в Мине, фотографы с верблюдами тайком, с большой опаской снимали желающих.
А теперь в Мине на третий день бродит целое стадо верблюдов с фотографами, и никто их и словом не упрекнёт. Никто не запрещает снимать на видеокамеры. Что это значит? Это значит, что в их законах нет истины. Вот советское государство просуществовало семьдесят лет и развалилось. А как же могло быть иначе, ведь у него не было основы! Как может не разрушиться то, что не имеет основы?! Конечно, саудийцы изменились. Иначе и быть не может, ведь всё рано или поздно должно вернуться к своей основе.
Как может человек строить дом, зная, будучи убеждённым, что завтра он разрушится? Нелепо трудиться над постройкой, которую завтра разрушат. Самый главный наш недостаток состоит в том, что мы искренне не уверовали в Судный день, нет в нас истинной веры.
Мы помним, какой была Махачкала несколько лет назад, и как же теперь она преобразилась: огромные дома, один роскошнее другого. Если бы их хозяева хоть немного помогали нуждающимся, в Дагестане не осталось бы бедных людей, в десятки раз увеличилось бы количество медресе и преподавателей. Но в них остаётся невежество – это признак отсутствия истинной веры, в этом вся беда. Когда истинно уверуешь, мирское уходит на задний план.
Я никогда не отрицал мирское, им надо заниматься, и дома нужно строить, и светское образование получать – жить-то ведь надо. Но нужно сочетать обе стороны. Если, забыв о душе, бросить все силы и волю на мирское, непременно отстанешь в духовном. В прошлые годы, как говорил Курамухаммад, мутаалимы учились, скрываясь в сараях. Посмотрите, в каком положении они теперь! Так же и алимы, раньше трудно было найти человека, чтобы прочитать мавлид или даже просто посидеть на мавлиде.
Когда учил ильм, я обещал провести мавлид по окончании одной из книг. Пришло время, я стал собирать людей. Известно, что среди сорока человек обязательно найдётся хоть один вали. С целью собрать сорок человек на мавлид я обошёл всё село, но безуспешно, только за счёт приезжих набралось необходимое количество, мои же односельчане не шли.
Вы, наверно, помните, что молодёжь вообще не приближалась тогда к мавлидам, для них это было совершенно необычным делом, приглашали лишь отдельных людей из джамаата. И посмотрите, как сегодня обстоят дела. Мы видим явный прогресс, и это хорошо, хвала Аллаху. Если восхвалять Его, Он приумножит благодать!
О Курамухаммаде здесь многое говорили. Что мне остаётся добавить? Того, чего нет в сердце, я не говорю. Скажу прямо: Курамухаммад – это человек, которого я стесняюсь. Всегда человек не бывает востребован, и не всегда находишь человека в нужный момент, но если спросить, нашёлся ли Курамухаммад в нужный момент – Валлах, нашелся! Да будет Аллах доволен им так же, как я, да получит его медресе такое развитие, которого желает его сердце! Это и есть цель.
Да примет Аллах деяния тех, кто помогал и жертвовал на строительство и открытие медресе, да увеличит Он воздаяние тысячекратно. Да сделает Аллах их жизнь счастливой, и да примет зияраты всех тех, кто сегодня здесь собрался. Да примет Аллах наше верослужение в месяце Рамазан, чтобы и впредь мы оставались в радости!
