Здесь у нас подготовка к вечной жизни

19 Май 2021
3884

Высокогорный Цунтинский район дал миру выдающегося богослова Курамухаммада Рамазанова, которого называли имамом Ан-Навави наших дней. Его ученики сейчас являются имамами, преподавателями, проповедниками. Привитая им целеустремлённость в распространении Ислама дала хорошие плоды.

Председателем совета имамов Цунтинского района и директором медресе им. Курамухаммада-хаджи Рамазанова сегодня является один из его учеников Хамзат Магомедзагиров.

Хамзат, как и многие из тех, кто знал шахида Курамухаммада при жизни, по сей день с любовью и тоской вспоминает своего учителя. В интервью порталу ISLAMDAG.RU он рассказал, что всегда придерживается пути своего учителя и сейчас передаёт своим ученикам то, что дал ему учитель.

- Вырос я в селении Ретлоб Цунтинского района. В школе учился хорошо, одновременно с общеобразовательной школой учился в медресе, там тоже учёба мне давалась легко.

 

- Сколько вам было, когда вы пошли учиться в медресе?

- Мне было 13-14 лет.

- То есть это 1989–1990 годы, по телевизору не показывали исламские передачи, которые мы сегодня смотрим, не было соцсетей, где мы могли бы послушать выступления наших богословов, которые столь благородно и красноречиво доводят истину до нас, ведь сейчас достаточно посмотреть один ролик нашего богослова в Инстаграме, чтобы встать на правильный путь. Но на стыке 80-90-х всего этого не было, что вас побудило учиться в медресе?

- Для меня руководством был пример родителей и алимов. Тогда ведь в селе и в районе уважали и почитали таких людей. Из уважения к таким людям, к религии я и начал изучать ильму.

Уважение к родителям многому меня научило. Они вставали ночью на предрассветный тахаджуд-намаз. Отец практически всегда совершал намаз в мечети, читал Коран ещё в советское время и меня побуждал читать.

У нас была брошюра «Иманихсан» на аварском языке, вот её он заставил меня выучить. С малых лет я учил наизусть назму и мавлиды. Тогда я окончил программу медресе, которую проходят три года.

 

- После школы куда пошли учиться?

- После окончания 11 класса старший брат мне сказал: «Если сделаешь то, что я скажу, я буду отдавать тебе половину своей зарплаты». Он учился в Буйнакском медучилище и оттуда ходил в Казанище на уроки. В то время там преподавал Курамухаммад Рамазанов.

Брат, окончив медучилище, тоже завершил обучение у Курамухаммада, приехал в село работать фельдшером, тогда и сказал мне, что будет отдавать половину своей заплаты, если я пойду учиться в медресе в Буйнакске.

А у меня тогда было желание поступить на физико-математический факультет, я хорошо знал физику, алгебру, геометрию, химию. Но когда старший брат сказал так, я не смог его ослушаться.

По его совету я поехал в Буйнакск, поступил в медресе и окончил его. После этого работал год имамом, это 1995-1996 гг. Потом совершил хадж. После хаджа остался в Сирии. Это были 90-е годы, там я учился три года. Вернулся в Дагестан, по совету отца отправился к Курамухаммаду в Чиркейский исламский институт, там тоже учился три года. Это уже в 1999 году.

 

- Ведь в то время был жив наш шейх Саид Афанди (да будет свята его душа). Он посещал исламское учебное заведение, в котором вы учились? Расскажите об этом.

- Да, он приходил раз в неделю, и на хатму-салават приходил. Он называл нас «мои мутаалимы».

 

- Какие наставления он вам делал?

- Помню, он много говорил про тарикат. Говорил, что надо исправно выполнять задание-вирд. Ещё он говорил, что хатму для мюридов – это как хадж для других людей.

 

- Давал советы для дальнейшей жизни?

- Говорил: «Сейчас вы учитесь в медресе, дальше вам предстоит работа на пути Ислама, вам будет очень трудно, но надо терпеть и делать работу ради Ислама». В принципе, мы всё это и увидели, ведь был период, когда богословов взрывали, убивали. А сейчас ещё одна напасть – Интернет, соцсети с их пагубным влиянием. Мы видим, как людей вербуют в сетях – сегодня был одним человеком, а завтра уже другой.

 

- Где вы работали после обучения в Чиркейском медресе?

- Семь-восемь лет проработал вместе с Курамухаммадом. Потом три-четыре года преподавал в медресе при мечети его имени. Возле Сулакского поста есть мечеть, там работал лет десять и в ДИУ преподавал.

В то время у меня были обязанности – проверять работу филиалов ДИУ. А полтора года назад меня отправили в Кизилюрт директором женского медресе и имамом в совхозе Комсомольский.

 

- В чём особенности работы в женском медресе?

- В учёбе разницы не было, а дисциплина была лучше в женском медресе. Мне трудно было зайти, чтобы что-то менять, указывать. Но со мной была моя супруга, она же старшая муаллиматун – я передавал поручения и через неё руководил работой.

 

- А супруга где обучалась?

- Она домохозяйка, но ильму она изучала.

 

- Кто её обучал?

- Её отец, он был алимом. Её дядей был Курамухаммад Рамазанов, её отец обучался у него, а потом обучал своих детей, мою супругу в том числе.

 

- А это существенная поддержка, когда жена рядом работает, помогает?

- Да, она мне тогда очень помогла. Несмотря на то, что ранее она нигде не работала, там она приложила все усилия, и у неё хорошо получилось.

 

- Вы с середины 90-х консультируете людей по разным шариатским вопросам. Как с течением времени менялись вопросы, с которыми обращаются люди? С чем обращались тогда, и с чем приходят сейчас?

- Тогда была проблема с исламскими знаниями. Многие ничего не знали, соцсети не были так развиты, все вопросы решались через имама. Подходили, задавали семейные вопросы, вопросы о намазе, о посте, мирские вопросы, прямо с утра и до вечера подходили люди.

А сейчас преобладают вопросы о семейных проблемах. Разногласий среди людей много – зависть, хула, сплетни. Люди не понимают этого. Когда рассказываем про Ислам, про шариатские установления, про халяль, про харам, они говорят: «Мы это знаем, мы всё знаем». Они всё знают, но не оставляют греховное: задевают кого-то в соцсетях, оскорбляют, не оставляют в покое, не умеют прощать друг друга. Сейчас вот такие проблемы.

В то время, когда я в индивидуальной беседе разъяснял что-то пришедшему, он понимал, работал над собой, решал проблему. Сейчас такого нет. Сейчас сидят по домам, в гаджетах, оттуда черпают информацию, там общаются.

В своём районе я поручил имамам заходить в каждый дом и узнавать, какие есть у людей проблемы – мирские ли, религиозные ли. Выявляем проблемы, помогаем их решать.

 

- Получается решать?

- Аль-х'амдули-Лляһ. Там, где есть имам села, население очень хорошо организовано – ходят в мечеть, берут уроки. «Дарс-уль-‘амм» называется урок, и прихожане после вечернего намаза остаются минут на 10-15 на этот урок. Дополнительно собираем детей и им преподаём.

 

- Вы много лет были учеником Курамухаммада Рамазанова, человека, отдавшего жизнь за религиозное просвещение мусульман, приводите ли вы его в пример своим ученикам?

- Курамухаммад был поглощён обучением мутаалимов. Только уроки занимали его, только ильму. Я привожу его в пример моим мутаалимам и тем людям, которые сильно заняты мирским. Не думать о мирском – это был его совет. Когда люди занимаются мирским, они забывают об Ахирате.

Когда я учился в Буйнакске, Курамухаммад жил в Казанище, там у него был частный дом. Когда его перевели сюда, в Духовное управление, он продал дом и снял квартиру в Буйнакске, оттуда ездил в Махачкалу на работу.

Забот о мирском у него не было, соответственно, и проблем мирских не было, Аль-х'амду ли-Лляһ. То, что было, он ел сам и предлагал гостям, голодным от него никто не уходил. Его жизнь я привожу в пример многим.

 

- Есть какие-то слова, которые бы вы сказали ему, если бы он был жив?

- Наверное, задал бы шариатские вопросы. Вот он был нашим современником, он понимал всё, что происходит в мире. Когда к нему приходили с каким-то вопросом, он отвечал: «У меня вот такое мнение». Или же, если он не знал, то говорил: «Приходи завтра». В нашем присутствии он давал ответ и у нас, учеников, тоже спрашивал мнение по этому вопросу.

 

- Какой труд больше всего вам по душе из всей исламской деятельности?

- Преподавание. Даже если я буду с утра до вечера преподавать мутаалимам, то не устану любить это дело.

 

- Дайте совет мутаалимам и их муаллимам.

- Муаллим должен душой болеть за своего мутаалима. Тогда всё, что он говорит, мутаалим принимает, слушается и уважает. Мутаалимы мои сейчас работают имамами. В том числе сельскими имамами, в других районах республики и по всей России.

 

- А прихожанам какие советы даёте?

- Советую то, чего и мне самому не хватает – воспитывать в себе хороший нрав. Беру советы из книги «Благонравие праведников» нашего Муфтия. Эта книга для меня подсказка во многом.

 

- Каковы ваши задачи?

- Чтобы люди изучали свою религию Ислам.

 

 - Ваши пожелания мусульманам.

- Желаю, чтобы почаще совершали поклонение . Имам Аль-Газали пишет в книге «Ихья‘улюм ад-ддин»: «Сердце человека пустое – если мы наполним его мирским, то для Ахирата там не останется места». Если такой человек заходит в мечеть, он думает, что на него все там смотрят. А если сердце наполнено Исламом, то когда он заходит в любое мирское заведение, ему это чуждо, он занимается ибадатом, религией, и ему неинтересно мирское. Заполняйте сердца Ахиратом. Нас отправили сюда временно, здесь у нас подготовка к вечной жизни.

Беседовала АйшаТухаева

Самые интересные статьи «ИсламДага» читайте на нашем канале в Telegram.

Комментарии для сайта Cackle
Аналитика
Все об Исламе
Ислам детям